ВКПБ ВКПБ

Владимир Рябов

Аннотация. В ноябре 2017 года Россия по-разному отмечала 100-летний юбилей Великой Октябрьской Социалистической революции. На левом фланге это демонстрировало почитание борьбы предков за Советскую власть, что более соответствовало революционному накалу той поры и отражало сущность времени. Официальные власти России 7 ноября на языке своего телерупора ВГТРК юбилей, конечно, заметили, но постарались его свести к своему апофеозу в виде возвращения В.И. Ленина в революционную Россию в опломбированном вагоне, чем как могли намекали на немецкие деньги и заказной («цветной») характер революции. При этом они сделали всё, чтобы не заметить самого характера революции и того, что, будучи во время возвращения Ленина буржуазной революцией, она проходила под красными флагами. И до сих пор они не понимают многих символов производительных сил, которые устанавливали свои порядки во властных структурах периода трех революций начала ХХ века в России.

А поскольку официальные рупоры власти России не заметили ведущей силы производительных сил в революционный период начала прошлого века, они, так или иначе, оставляли за собой право сказать своё слово позднее и не под давлением на себя 100-летнего юбилея Великого Октября, прогрессивную роль которого отрицать невозможно. Буржуазные идеологи, не имея своей конституционной идеологии, должны были как-то объяснить «патриотизм» той буржуазии 100-летней давности.

1

И вот в начале весны 2021 года на телеканале Россия-24 доминирующее положение занял митрополит Тихон Шевкунов, оттеснив ведущих историков и экономистов от привычного для них времени в телеэфире, которые как могли научно анализировали прошлое и настоящее. С первых минут анализа трудно было не заметить сходство повествования отца Тихона со стилем изложения мировоззрения А. Солженицына. При всем том, что церковник Шевкунов по своей богобоязливой сути должен нести своей пастве необходимость покаяния, тогда как Солженицын только приближался к образу православного христианина, в праведность которого не верили даже такие лагерные авторитеты той поры, как В. Шаламов. Тем не менее Георгий Шевкунов, взявший себе в монашестве имя Тихона в знак уважения к патриарху Тихону, возглавившему после Октября 1917 года борьбу православной церкви России против большевиков, явно намерен возглавить борьбу монархических сил России против исторической памяти и уважения населения России к большевикам. Как будто бы не было в истории большевизма великого подъема страны из хаоса и создания из СССР великой державы, победившей гитлеровский фашизм и проложившей дорогу в космос. Но отец Тихон чтит Николая II и часто недоумевает в своем анализе: если при царе всё так было хорошо, то с чего это взялась эта продажная во всем Февральская революция, сместившая царя? Ибо больше всего церковник верит в то, что политические силы преходящие, а царь в России вечен.

Основная вина большевиков Шевкунову видится в отказе Ленина продолжать Первую мировую войну в составе Антанты и завоевывать первопрестольную столицу Константинополь вместе с проливами Босфором и Дарданеллами, включая Мраморное море. Похоже, современное положение в православном христианстве таково, что без основного престола в Константинополе российская церковь теряет рычаги лидерства. Вот и появляется злоба к большевикам, которые прекратили своё участие в Первой мировой войне и «упустили» первопрестольную столицу православия, если верить отцу Тихону.

Шевкунов в своем стремлении оправдать российскую монархию наговорил восемнадцать коротких серий в передаче «Падение империи. Российский урок». Его аргументы в основном вызывали иронию, пока «святой отец» не коснулся цифр затрат России на Первую мировую войну. Тут данные стали перекликаться со значениями нынешнего государственного долга США, лихо закрутившими самую передовую и «демократическую» страну в экономический штопор, начав «падение империи» с низвержения памятников отцам-основателям американских штатов. На что официальные власти в виде «демократов» от царствующих банкиров США стали проводить реформы по передаче власти потомкам бывших рабов, завезенных из Африки, и индейцам Америки, переселенным в резервации. Внешне всё выглядит очень даже благородно, пока обсуждаются только реформы и дело не коснулось передела собственности, ситуация удерживается в рамках существующего законодательства. Но надолго ли?

2

Подобно тому как у Гоголя унтер-офицерская вдова сама себя высекла, отец Тихон в итоге высек сам себя на анализе затрат России на Первую мировую войну. По его данным в 1914 году затраты России на войну составили 1 триллион 655 миллионов рублей. В 1915 году цифра достигла 8 триллионов 818 миллионов рублей. А 1916 год достиг суммы в 14 триллионов 573 миллионов рублей. После чего нетрудно предположить, что если бы положение с затратами в 1917-м сохранилось, то российские суммы достигли бы нынешнего состояния государственного долга США. И отец Тихон так величаво сообщает об этом факте, как будто бы эти деньги принадлежали царю России, а не западным кредиторам этой войны. Но, увы, возвышая царя на огромных суммах денег, митрополит Тихон даже не ведает, что эти самые западные долги как раз и низвергли его со своего трона.

Вот как пишет о состоянии российских финансов в 1914 году В.И. Ленин в своей работе «Империализм как высшая стадия капитализма»: «О том, каких размеров «система участия» достигла в русских крупных банках, можно судить по данным, сообщенным Е. Агадом, который 15 лет служил чиновником русско-китайского банка и в мае 1914 года опубликовал сочинения «Крупные банки и всемирный рынок». Добрый Агад глубоко возмущается тем, что берлинские банки имеют в своих руках большинство акций и что поэтому русские акционеры бессильны. И разумеется, страна, вывозящая капитал, снимает сливки: напр., берлинский «Немецкий банк», вводя в Берлине акции Сибирского торгового банка, продержал их год у себя в портфеле, а затем продал по курсу 193 за 100, т.е. почти вдвое, «заработав» около 6 милл. рублей барыша, который Гильфердинг назвал "учредительным барышом"».

Далее Ленин цитирует по Агаду: «Всю "мощь" петербургских крупнейших банков автор определяет в 8 235 миллионов рублей, почти 81/4 миллиардов. Причем «участие», а вернее господство, заграничных банков он распределяет так: французские банки – 55%; английские – 10%; немецкие – 35%». Касаясь «оздоровления» и «реорганизации» ведущих мировых банков, Ленин дальше говорит: «Нет ни одной банковской операции, которая бы приносила такую высокую прибыль, как эмиссионное дело». И дополняет уже по журналу «Финансовый капитал» одного из авторов: «Кстати сказать – добавляет Гильфердинг – все эти оздоровления и реорганизации имеют двоякое значение для банков: во-первых, как прибыльная операция, и во-вторых, как удобный случай для того, чтобы поставить такие нуждающиеся общества в зависимость от себя» (ПСС, т. 22, изд. 4, с. 218-223).

Что же представляла собой мировая экономика накануне Первой мировой войны? Данные по этому вопросу были представлены в «Бюллетене международного статистического института» (т.XIX, книга II. Гаага, 1912 г.) и приведены Лениным в своей экономической работе по империализму. Автором работы являлся А. Неймарк, который оценивал в мировой банковской системе сумму эмиссий в миллиардах франков за первое десятилетие ХХ века, и эмиссия составила 197,8 млрд франков. Общую сумму ценных бумаг в мире в 1910 году Неймарк определяет приблизительно в 815 млрд франков. Из них, у Англии было 142 млрд, у США 132 млрд, у Франции 110 млрд, Германия располагала 95 млрд, у России, шедшей на 5 месте, было всего 31 млрд франков. Далее Ленин анализирует: «По этим данным сразу видно, как резко выделяются четыре наиболее богатые капиталистические страны, владеющие приблизительно от 100 до 150 миллиардов франков ценных бумаг. Из этих четырех стран две – самые старые и, как увидим, наиболее богатые колониями, капиталистические страны: Англия и Франция; другие две – передовые капиталистические страны по быстроте развития и по степени распространения капиталистических монополий в производстве – Соединенные Штаты и Германия. Вместе эти четыре страны имеют 479 млрд франков, т.е. почти 80% всемирного финансового капитала. Почти весь остальной мир, так или иначе, играет роль должника и данника этих стран – международных банкиров, этих четырех «столпов» всемирного финансового капитала» (ПСС, т. 22, изд. 4, с. 226-228).

Касаясь вывоза капитала, Ленин говорит о гигантских суммах вывоза в начале ХХ века. «А гигантский вывоз капитала теснее всего связан с гигантскими колониями», что он отметил на примере Англии. И далее пишет: «Иное дело во Франции. Здесь заграничный капитал помещен главным образом в Европе и прежде всего в России (не менее 10 миллиардов франков), причем преимущественно это – ссудный капитал, государственные займы, а не капитал, вкладываемый в промышленные предприятия. В отличие от английского, колониального, империализма, французский можно назвать ростовщическим империализмом». И далее добавляет: «Финансовый капитал создал эпоху монополий. А монополии всюду несут с собой монополистические начала: использование «связей» для выгодной сделки становится на место конкуренции на открытом рынке. Самая обычная вещь: условием займа становится расходование части его на покупку продуктов кредитующей стороны, особенно на предметы вооружения, на суда и т.д. …Франция, давая взаймы России, «прижала» её в торговом договоре 16 сентября 1905 г., выговорив известные уступки до 1917 года (ПСС, т. 22, 4-е изд., с. 230-232).

В заключении главы Ленин приходит к выводу: «Страны, вывозящие капитал, поделили мир между собою, в переносном смысле слова. Но финансовый капитал привел и к прямому переделу мира. …Спрашивается, на почве капитализма какое могло быть иное средство, кроме войны, для устранения несоответствия между развитием производительных сил и накоплением капитала, с одной стороны, – разделом колоний и «сфер влияния» для финансового капитала, с другой» (ПСС, т. 22, 4-е изд., с. 233, 262).

В ту пору 1 фунт стерлингов приравнивался к 20 маркам и около 10 рублей (9,3 руб.), 1 доллар равнялся 5 франкам или 4 маркам, из чего следовало, что 1 рубль равняется 2 маркам или 2,5 франкам.

3

Возвращаясь к блистательным «победам» русской монархии отца Тихона, невольно задаёшься вопросом: а откуда взялись за три года Первой мировой войны эти нули между исчислениями рублей в миллиардах в «Бюллетене международного статистического института» и триллионах отца Тихона? Ведь такой «взлет» российской казны мог произойти только при ошеломительной гиперинфляции. И когда «святой отец» разносит в пух и прах инициаторов Февральской буржуазной революции, он даже не задается вопросом: а могли ли они в условиях удушающего экономического кризиса поддерживать царя и осуществлять какое-либо руководство промышленным развитием? Разумеется, при галопирующей инфляции не могли! Пока у руководства Россией находился царь со своей самодержавной политикой, они направляли весь свой политический огонь критики в его адрес. А когда царя сместили, то сами ничего уже не смогли изменить в лучшую сторону. Поэтому их политика представляла собой истерику ещё на подходе к прорыву наружу образовавшихся финансовых пузырей. Экономически страна шла ко дну, поэтому финансовая политика под руководством Временного правительства могла только продолжать болтаться на удушающих западных кредитах, что свойственно всякой колониальной стране, и катиться в пропасть кризиса. Что и привело Россию к денежному исчислению в «керенках», которые и отобразили полную несостоятельность экономики воюющей страны. Деньги стали просто бумагой, лишенной всякой ценности. И что же было в ту пору делать населению России – плясать от счастья, чтобы столетие спустя понравиться отцу Тихону Шевкунову?

«С иконами против пушек. С фразами против капитала», - говорил Ленин 4 мая 1917 г., - «"Демократию" России, Англии, Франции и т.д. противополагать поборничеству капитала, это значит опускаться до уровня экономических и политических знаний какого-нибудь Гапона» (ПСС, т.24, 4-е изд., с.167-168).

В своей статье «Кризис надвигается, разруха растет» Ленин 13 июля 1917 г. пишет о катастрофе и грозит партиям меньшевиков и эсеров расплатой за надвигающейся остановкой производства: «Металлическая промышленность Московского района (15 губерний) находится в острокритическом состоянии, что «заводоуправление Гужона явно дезорганизует производство, сознательно ведет к остановке предприятия», что потому «государственная власть» (которую эсеры и меньшевики оставили именно в руках партии Гужонов, партии контрреволюционных капиталистов-локаутчиков) «должна взять управление завода в своё заведывание… и предоставить оборотные средства (до 5 млн рублей).

Откуда и как возьмутся деньги? Не ясно ли, что «требовать» по 5 миллионов на завод легко, но надо же понять, что на все заводы потребуется много больше? Не ясно ли, что без той меры, которую мы с начала апреля требуем и проповедуем, без слияния всех банков в один и без контроля над ним, без отмены коммерческой тайны, денег достать нельзя?

Гужоны и прочие капиталисты при содействии Пальчинских «сознательно» (это слово принадлежит экономическому отделу) ведут к останову предприятий. Правительство на их стороне. Церетели и Черновы - простое украшение или простые пешки.

Не пора ли понять все же, гг., что партии эсеров и меньшевиков, как партии, ответят перед народом за катастрофу?» (ПСС, т.25, 4-е изд., с.122-124).

4

Переживания отца Тихона по убиенному царю обходят стороной отношения родственников царя из английского двора. Английский король и российский царь, будучи двоюродными братьями, попали в ситуацию, когда английский властитель Георг V оттолкнул своего российского родственника Николая II, подобно тому как родственники в образе героев фильма «Берегись автомобиля» в исполнении А. Папанова и А. Миронова, оттолкнули друг друга после того, как тесть с зятем не нашли общего языка в затратах на строительство дачи. Тесть говорит зятю после того, как обчистил его карманы: «У тебя ничего нет. Ты голодранец!». Банкиры Георга V отменно посадили на крючок собственность российского царя, после чего английский король счел ненужным принимать у себя родственника-голодранца, просящего убежища.

Ленин серьезно относился к русской монархии и видел только в ней конкурента власти социалистической революции. Тем более, что буржуазия в её захвате власти уже весной 1917 года была деморализована, получив в наследство одни векселя должников.

В разразившейся Гражданской войне Николай II мог выполнить только одну роль. Роль знамени белого движения в кровопролитной войне со своим народом. Большевики не могли оказать ему такую услугу.

Свою участь на русском престоле Романовы могли решить сами. Переход на уровень правления в России как конституционной монархии уже созрел ко времени правления Екатерины II. Тогда нужно было передавать власть созревшему капиталу, об этом свидетельствовало устранение с престола сначала её супруга Петра III, против чего супруга не возражала, а потом и сына Павла I. И даже когда ей был подписан манифест об отказе от самодержавия в России, который на подпись принес Никита Панин, она передумала. Она долго совещалась с феодальной знатью, и после чего приняла решение и надорвала часть бумаги на документе, где стояла её подпись и отделила её от документа. В результате получила восстание под руководством Е. Пугачёва. Выступление декабристов свойственно относить к бунту обреченных. Но это выступление подвело черту под временем, отведенным на мирную передачу власти народившейся буржуазии. Романовы больше верили в свою силу, чем в законы экономики, что их и погубило.

И конечно же, митрополит Тихон Шевкунов не мог не задеть тему террора в Гражданской войне, с традиционным для него желанием – бросить камень в сторону большевиков, якобы виновных в «красном терроре». Поэтому здесь нельзя не ответить «святому отцу» по существу. Ему, похоже, не ведомо, что террор не бывает односторонним, поскольку односторонней бывает только тирания. Красный террор стал вынужденной мерой на террор белый, поднятый «левыми» по запросу западных покровителей. Зачем он был нужен? 6 июля 1918 г. был убит германский посол Мирбах левым эсером Блюмкиным, сразу же взятым под защиту Троцким. Убийство посла преследовало цель - разрушить Брестский мир. Но когда Брестский мир разрушить не удалось, белый террор приступил к устранению ведущих руководителей большевизма. 30 августа 1918 г. был убит Урицкий, в тот же день совершено покушение на жизнь, приведшее к тяжелому ранению Ленина. Покушение совершили эсеры с целью взвинтить обстановку и дезорганизовать политическую жизнь в свою пользу. Поэтому на белый террор эсеров большевики ответили красным террором, поскольку пропускать такой удар противника было нельзя.

Чем грозил белый террор эсеров? Это грозило повторением красного и белого террора во времена Великой французской революции, когда революция захлебнулась на волнах гибели ведущих политиков революционной Франции. Ведущейся методом белого и красного террора якобинцев (имевших отличительный красный цвет на своих головных уборах) и жирондистов (внесших белую полосу разделения на красно-синем монархическом флаге, что сделало его триколором). Отчего развитие революции перешло в форму бонапартизма, формирующего ряды агрессивных солдат, готовых уничтожать кого угодно. Это обеспечило наплыв рекрутов в зарождающиеся армии императора Наполеона, позволившего ему создавать огромные армии из бунтующей мелкой буржуазии, и бросать их в пожар наполеоновских войн, заливших в начале XIX века кровью всю Европу…

Теперь о таких стремлениях говорят как о «глубинном государстве» на языке конспирологов, всё так же мыслящих идеями мировой власти. Поэтому столетие назад большевики не могли позволить левым эсерам поднять волну бонапартизма на чередовании этапов белого и красного террора, что требовало применения самых жестких ответных мер к ожесточившимся противникам большевиков. Последнее слово осталось за большевиками. Они хорошо знали уроки революций и не могли себе позволить политический промах в экономической борьбе за возрождение России. А с возрождением России у большевиков всё получилось. Особенно с возникновением СССР.

5

У России периода Февральской буржуазной революции существовало только два выхода.

Во-первых, сдаться на откуп французских, английских и даже немецких банков, на крючке которых висела вся экономика России, и перейти в состояние их колонии;

во-вторых, найти свой путь выхода из этого экономического тупика и одновременно трагического состояния.

Народ России выбрал второй путь и пошел в распределительную систему, существующую в форме бартера, переходящую на уровень ресурсной экономики в исчислении энергозатрат. Великий Октябрь прежде всего освободил труд от капиталистического насилия и открыл широкий путь для великого почина, свободного развития за счет сознательного повышения производительности труда. Исчезла прибавочная стоимость из социалистической экономики, а образующаяся прибыль от сознательного повышения производительности труда направлялась как на расширенное воспроизводство, так и на обеспечение своих тружеников жильем, бесплатным здравоохранением и образованием.

Плановая система экономики расширила возможности социализма. По мере того, как Стахановский метод повышения производительности труда становился сутью трудовой деятельности в Советском Союзе, повышался жизненный уровень всего советского народа. Банковская система страны заняла страхующее положение в экономике, выполняя роль обратной связи в учете и контроле затрат в ресурсной экономике по показателям себестоимости и особо учитывающимися затратами в ней энергетической составляющей (ленинской электрификации). И если бы трудовые массы СССР не видели того, что социалистическое государство работает на них, они не стали бы защищать с таким упорством страну от гитлеровского фашизма («большими жертвами» по мнению отца Тихона). А победив в Великой Отечественной войне, в которой на советскую землю хлынула почти вся Европа с её экономическим потенциалом, советский народ вступил в период понижения цен на потребительские товары, в чём ощутил полную заботу партии большевиков о своем благополучии, поскольку каждое понижение цен давало толчок к повышению жизненного уровня всего советского народа.

Более того, политика понижения цен в СССР демонстрировала постепенное отмирание денежной системы, ибо понижение денежных показателей на ценниках в магазинах могло двигать эти показатели цен к единственному значению, нулю. А когда отмирают деньги, вместе с ними отмирают и классы, а с ними отмирает и классовая борьба, государство переходит в коммунистическую формацию. Коммунистическое общество по Ленину переходит на экономику энергозатрат и отказывается от денежных услуг, чем устраняет основную причину всех войн. И с первого дня Великого Октября Ленин говорил о необходимости построения коммунизма и научно-революционно обосновывает этот путь развития. Сталин пошел именно этим путем.

Отец Тихон Шевкунов без ошибки, по родству душ, определил своих людей в высшей политике Советского Союза. Это А. Косыгин и Н. Хрущев, которые очень уважали царскую власть. Именно эти два деятеля нанесли основные удары по социалистической экономике, переведя её в режим капиталистического способа производства. В 1965 году косыгинская реформа перевела исчисление прибыли в СССР с ресурсной составляющей на денежную, что сделало невозможным повышение производительности труда на энергозатратах и открыло дорогу всевозможным спекулянтам капиталистического рынка, которые тянули к распродаже всего и вся. Хрущевский антисталинизм расчистил путь к денежной экономической реформе, подготовив на этой почве кадры реформаторов социализма.

При Горбачеве стал действовать закон Ротшильда: «дайте мне печатный станок, и мне будет безразлично, кто правит этой страной». За счет работы печатного станка в России удалось избежать повторения экономического кризиса периода Февральской буржуазной революции, ибо лишние нули на деньгах тут же деноминировали в новые рубли без этих нулей. Зато развал промышленности и деревни продолжает сказываться, и тут уже никакой энтузиазм в глазах «рыцарей» экономики капитализма не сможет его устранить так, как устраняются нули на рублевых купюрах. А отцу Тихону, при всех его талантах выпускника ВГИКа, не создать второе издание «святого семейства», поскольку западные собратья русской православной церкви поставлены в условия признания ЛГБТ-сообществ в качестве «святого семейства», призванных нести гендерное «равенство» среди населения.

Поэтому, когда Русская православная церковь в лице митрополита Тихона Шевкунова не замечает гниения отечественной экономики периода Первой мировой войны, они обречены получить внутреннее гниение общества вместе с экономикой на новом витке системного кризиса капитализма, погружающего ведущую экономику США в этот ад на Земле.

Литература.

  1. Ленин В.И. Полное собрание сочинений, 4 издание, Государственное издательство политической литературы, том 22, 1953
  2. Ленин В.И. Полное собрание сочинений, 4 издание, Государственное издательство политической литературы, том 24, 1953
  3. Ленин В.И. Полное собрание сочинений, 4 издание, Государственное издательство политической литературы, том 25, 1953