ВКПБ ВКПБ

22 – 29 декабря – 100 лет назад (1920) на VIII Всероссийском съезде Советов была принята вторая программа партии – программа электрификации всей страны – план ГОЭЛРО.

 Ленин ГОЭЛРО

Национальное самосознание как систематизирующее общение масс в Советской России внесенное в жизнь на основе второй программы партии

Владимир Рябов

Аннотация. Сто лет назад в России была принята вторая программа партии большевиков, по значению равная национальной идее, а по сути названная «экономической базой электрификации всей страны». Очень скоро вторая программа партии станет больше интернациональной идеей и поведет за собой на выполнение плана ГОЭЛРО, после чего перейдет к широкой индустриализации и выходу на передовой уровень техники, с которой удалось победить гитлеровский фашизм, а потом восстановить разрушенный войной Советский Союз и перейти к политике понижения цен на потребительские товары. Что по сути означало тенденцию понижения цен до нуля и постепенное отмирание денежной системы. В результате сто лет назад Владимиром Ильичом Лениным был поставлен вопрос об исторической миссии советского народа и смысле существования многонационального Российского государства. Вторая программа партии прозвучал в последние дни декабря 1920 года на VIII съезде Советов РСФСР.

1

В ХХ веке эмоциональную неустойчивость различных политиков часто из позитива переходила в негатив, что отождествлялось с выражением «Начал во здравие, а закончил за упокой». На этом поле особо отличились троцкисты и бухаринцы, когда в начале века во здравие страны принимали вторую программу партии, названную Лениным «Экономической базой электрификации», чтобы сразу противодействовать ей и заложить основы развала социалистической экономики за счет гибели этой самой второй программы партии. Но в 60-е годы вторую программу партии «верные ленинцы», а точнее говоря, неотроцкисты и необухаринцы, официально уничтожили, приравняв её значение всего лишь к профессиональному празднику – Дню энергетика 22 декабря, взяв за основу день, когда был принят план ГОЭЛРО. После чего советская экономика сдулась и вошла в застой, откуда молитвами «верных ленинцев» отправилась на упокой, из которого уже не нашлось сил для подъема.

Но великие страницы истории нельзя отправлять на упокой, чтобы не оказаться в положении бизнесменов кладбища, каковыми на фоне СССР предстали М.Горбачев и Б.Ельцин, сделавшие карьеру на лозунге во здравие Советской власти, а закончившие политический путь на её упокоении.

2

Тем не менее в конце декабря 2020 года исполняется 100 лет со времени VIII съезда Советов РСФСР, состоявшегося конце 1920 года и оставившего после себя для кого-то только известную память по принятию плана ГОЭЛРО, а по сути определившего судьбу экономической базы электрификации в Советском Союзе, перешедшей с начала 30-х годов в широкую индустриализацию всей страны. Съезда, определившего необходимость построения коммунизма формулировкой Ленина «Коммунизм – это есть советская власть плюс электрификация всей страны», представлявшего собой неразрывную связь политической и экономической программ партии. Съезда, предложившего электрификацию всей страны в качестве второй, экономической программы партии.

По существу, вторая программа партии положила начало создания политической экономии социализма. И если главным предметом исследования Маркса и Энгельса в области политической экономии являлся капиталистический способ производства, то Ленин своей второй программой партии заложил основы социалистического способа производства, поскольку у предшественников в их объективном диалектическом методе исследованы общие законы становления, развития и гибели капиталистического способа производства.

Суть двух программ партии, необходимых для строительства коммунизма, Ленин объяснил так: «У нас есть программа партии, в книжке менее толстой (чем план ГОЭЛРО, курсив мой – В.Р.), но в высшей степени ценной. Это есть программа политическая. Это есть перечень наших заданий, это есть разъяснение отношений между классами и массами. Но надо также помнить, что пора на эту дорогу выступать в действительности и измерить её практические результаты. Наша программа партии не может оставаться только программой партии. Она должна превратиться в программу нашего хозяйственного строительства, иначе она негодна и как программа партии. Она должна дополниться второй программой партии, планом работ по восстановлению всего народного хозяйства и доведению его до современной техники. Без плана электрификации мы перейти к действительному строительству не можем» [4, с.482].

. «Мы, говоря о восстановлении земледелия, промышленности и транспорта, об их гармоничном соединении, не можем не говорить о широком хозяйственном плане. Мы должны прийти к тому, чтобы принять известный план: конечно, это будет план, принятый только в порядке первого приближения. Эта программа партии не будет так неизменна, как наша настоящая программа, подлежащая изменениям только на съездах партии. Нет, эта программа каждый день, в каждой мастерской, в каждой волости будет улучшаться, разрабатываться, совершенствоваться и видоизменяться. Она нам нужна, как первый набросок, который перед всей Россией встанет, как великий хозяйственный план, рассчитанный не меньше, чем на десять лет и показывающий, как перевести Россию на настоящую хозяйственную базу, необходимую для коммунизма» [4, с.482-483].

В этом абзаце выступления Ленина хочется отметить фразу о второй программе партии «… эта программа каждый день, в каждой мастерской, в каждой волости будет улучшаться, разрабатываться, совершенствоваться и видоизменяться». Потому что в ней заложен основной смысл повышения производительности труда. А по сути дела этим выражением вождь уже ставил производительные силы страны на место западных рыночников, которые на каждой бирже и в каждой конторе с резвостью беговых маклеров пробивали пути наращивания капитала через прибавочную стоимость. Ленин же своим утверждением определял рабочих в своих мастерских «в каждой волости», поднимающими сознательно производительность труда, ибо как он скажет в работе «Великий почин» «Производительность труда, это, в последнем счете, самое важное, самое главное, для победы нового общественного строя» [3, с. 394]. Чем всей стране и запомнился Стахановский метод повышения производительности труда.

3

Столетний юбилей VIII съезда Советов, определившего ориентиры стремительного развития страны на весь ХХ век, но состоявшийся только в его первой половине, приходится на время, когда о главном критерии, к которому стремился этот съезд, о резком повышении производительности труда, как-то даже странно говорить. Поскольку в современном мире производительность труда армия Капитала рассматривает через призму взгляда на армию Труда только через прибавочную стоимость, которою в мировом масштабе лучше всего присваивать через фашизацию режимов, под которые подгоняются все правительства путем создания экстремистских или террористических идеологий, с которых начался XXI век 11 сентября 2001 года, путем хорошо подготовленной операции по уничтожения двух башен ВТЦ в Нью-Йорке. Получилось некое подобие Перл-Харбора, после которого вступление США в войну стало неизбежностью. Разница лишь в том, что современное вступление США в войну инициируется группировками исламских террористов, которые расчищают США путь к захвату чужих ресурсов. В такой ситуации чествование революционного юбилея армии Труда по экономической базе электрификации, основанной на сознательной экономии энергоресурсов и утвержденной съездом, выглядит как бы преждевременно, поскольку армия Капитала просто стремится захватывать все энергоресурсы и строить на этом политику доллара как мировой революции империализма. А в затылок США шумно дышит турецкая экономика Эрдогана, уверенного в том, что исламский фактор должен работать на возрождение Османской империи. Впрочем, и сто лет назад ситуация была не лучше.

На первый взгляд выглядит даже странным то, что в конце декабря 1920 года, когда проходил VIII съезда Советов РСФСР ещё не закончилась Гражданская война и, казалось бы, надо ускорить победное шествие Красной Армии, а не теоретизировать борьбу за энергоресурсы в пользу трудовых масс. Ведь в разрушенной экономике России двумя войнами (Мировой и Гражданской) не было средств, чтобы создавать электрификацию всей страны. Поэтому Ленин в «Докладе о концессиях…» заявит: «…в общем и целом расходы на электрификацию определены в 17 миллиардов рублей золотом, причем работы первой очереди могут быть выполнены в срок около десятилетия… В связи с этим авторы этой работы приходят к такому выводу, что придется либо долговые обязательства давать, либо концессии. Надо этот дефицит покрыть. План разработан лучшими специалистами по отношению ко всей республике – с точки зрения планомерного развития всех отраслей промышленности. Прежде всего, речь идет о топливе и наиболее экономном, рациональном и совершенном использовании этого топлива, применяемого во всех главнейших отраслях промышленности. Мы не могли бы решить эту задачу, если бы не имели этих ресурсов концессионных и долговых [5. с.285-286].

И в том же докладе он добавит: «Мы должны на почве капиталистических отношений доказать приемлемость этих условий для капиталистов, выгодность для них этих условий и вместе с тем мы должны суметь извлечь выгоду для себя. Иначе всякий разговор о концессиях будет пустословием.

…Мы должны суметь, опираясь на особенности капиталистического мира и используя жадность капиталистов к сырью, извлечь отсюда такие выгоды, чтобы укрепить своё экономическое положение – как ни странно – среди капиталистов. Задача как будто бы странная: каким образом социалистическая республика может улучшить своё положение, опираясь на капитализм? Но мы это видели в войне. Мы победили в войне не потому, что были сильнее, а потому, что будучи слабее, мы использовали вражду между капиталистическими государствами.

…Каждый мирный договор с буржуазными державами есть договор, который записывает известные пункты войны. Точно также и каждый пункт концессионного договора есть договор военный в том смысле, что в каждом пункте была война. И надо уметь поставить дело так, чтобы свои интересы в войне отстоять». [5, с.287, 288, 289].

Концессии, а это – нефть и лес в основном, требовались давать капиталистам с целью получения с них налогов, которые и можно было направить на закупку необходимого энергетического оборудования для плана ГОЭЛРО. Но откуда же Ленин брал пример того, что капиталистов можно вот так купить?

А в главе XV Капитала Маркс дает пример анализа различия в стоимости рабочей силы и прибавочной стоимости: «стоимость рабочей силы и прибавочная стоимость изменяются в противоположном направлении. Изменение производительной силы труда, её возрастание или уменьшение, влияют на стоимость рабочей силы в обратном направлении, а на прибавочную стоимость – в прямом» [7, с.481].

Капиталист Р. Гарднер ввел с 20 апреля 1844 г. на двух своих больших фабриках в Престоне 11-часовой рабочий день вместо 12-часового. И в главе ХIII Капитала Маркс поясняет его действия: «В этом случае за 11 часов производилось больше, чем раньше за 12 часов, исключительно вследствие большой и равномернее распределявшейся работоспособности рабочих и вследствие экономичного использования ими времени. В то время как они получали ту же самую заработную плату и выигрывали час досуга, капиталист получал прежнюю массу продуктов и сберегал уголь, газ и т.д., расходуемые за один час. Такие же эксперименты и с таким же результатом были произведены на фабриках гг. Хоррокса и Джексона» [7, с. 383].

На этом примере Маркс впервые показал то, как «черное золото» начинает в экономике выступать критерием производительности труда на месте золота обычного, а рабочие становились в центре такого процесса. Капиталисту Р.Гарднеру было выгодно получать ту же норму выработки рабочими за 11 часов рабочего дня вместо 12 часов, поскольку экономия каменного угля за один час в течение 12 рабочих дней давали экономию топлива за целый день, а за месяц уже набиралось два дня экономии топлива. За год сумма экономии топлива составляла месячную норму его использования. Вот на эту сумму экономии энергоресурсов рабочие и купили своего капиталиста, получив ежедневно 1 час досуга.

4

Всё это в концентрированном варианте проявится уже в «Стахановском методе» при Сталине. Только в этом случае уже рабочие выступают хозяевами процесса производства, а их лидер, Алексей Стаханов, получает зарплату за 14 норм выработки, а свой метод он и предложил остальным шахтерам. Но между этими процессами лежал политический промежуток времени, который примет название «ленинской электрификации» и станет у Ленина и Сталина оружием мировой революции рабочего класса.

«Надо подкупать капитализм сугубой прибылью,- говорил Ленин на VIII съезда Советов, - Он получит лишнюю прибыль , - бог с ней, с этой лишней прибылью, - мы получим то основное, при помощи чего мы укрепимся, станем окончательно на ноги и экономически его победим. … Но, товарищи, это война – концессии с капиталистическими устоями» [4, с.449, 453]. Ленин нисколько не сомневался, что капиталиста концессиями можно перекупить, и куда более значительно, чем американские рабочие Престона перекупили своего капиталиста Гарднера. Поэтому он без тени смущения шел на концессии с Западом, хорошо понимая то, что рабочую силу будут составлять отечественные труженики, а уж Советская власть сделает всё, чтобы их рабочий день и оплата труда соответствовали западным нормам.

Основной экономист ленинской электрификации, первый нарком финансов в правительстве Ленина, И.И. Скворцов-Степанов в своей книге «Электрификация РСФСР в связи с переходной фазой мирового хозяйства», вышедшей в начале 1922 года и получившей у Ленина наивысшую оценку 15 апреля 1922 года, всю суть экономической базы электрификации сведет к топливу [10, с.108]. Собственно, энергетическое топливо как раз и становилось основным экономическим мерилом в период перехода мирового хозяйства на новую фазу своего развития, заняв положение «черного золота» на месте золота обычного, в силу того, что Скворцов-Степанов, как, впрочем, и Ленин, разные энергетические ресурсы «окрашивали» в разные цвета.

Концессии в этой политике Ленина выступали как возможность получить с концессионеров налоги и некоторую долю продукта на свои нужды. которые, в виде денежной части налогов как раз и можно было запустить на закупку энергетического оборудования для выполнения плана ГОЭЛРО. Поэтому, рассматривая сегодня проблему освоения своих ресурсов, а не сумасшедшей её продажи Западу, говоря языком Ленина, нам необходимо помнить сравнение Лениным хозяйственного фронта с фронтами Гражданской войны: «…мы должны осознать и помнить, что война на хозяйственном фронте будет более трудной и более долгой; чтобы победить на этом фронте, надо будет большее число рабочих и крестьян сделать самодеятельными, активными и преданными. И это можно сделать, - за что говорит опыт хозяйственного строительства, приобретенный нами, - потому что сознание бедствия, холода, голода и всяческих лишений, в связи с недостатком производительных сил, глубоко коренится в массе. Нам надо направить сейчас внимание на то, чтобы от интересов политических и военных всю агитацию и всю пропаганду перевести на рельсы хозяйственного строительства». [4, с.469].

5

Выход СССР на массовый Стахановский метод в деле повышения производительности труда как раз и явилось воплощением в жизнь ленинского требования «большее число рабочих и крестьян сделать самодеятельными, активными и преданными». При этом массовая активность трудовых масс достигалась на экономии «черного золота», которое и становилось основным экономическим мерилом. А заключался метод шахтера Алексея Стаханова в том, что он своим отбойным молотком наступал на пласт угля не прямолинейно, а сбоку, нарушая структуру пласта, отчего уголь вываливался в огромных количествах и ложился на конвейер. В результате норма выработки за смену у Стаханова увеличилась с 7 тонн до 102 тонн, т.е. в 14 раз. Метод Стаханова был подхвачен другими шахтерами, хотя боковой откол угля был более трудоемким по сравнению с прямолинейным отколом.

Почему же другие шахтеры подхватывали стахановский метод добычи угля, хотя им не платили как Стаханову 14 зарплат на новую норму выработки?

Вообще, в сумме увеличения общей производительности труда увеличивалось строительство жилья, становилось бесплатным образование, рос выпуск продукции народного потребления, снижались цены на медицинские услуги. Трудовые массы воочию убеждались в целесообразности плодов своего творения на производстве. Они видели себя хозяевами в экономике страны.

Если Маркс издержки производства анализировал по затратам каменного угля, то Ленин видел в гидравлической энергии воды основной источник энергозатрат, а вот Сталин в 1925 году на XIV съезде РКП(б) поставит нефть во главу экономики, заявив: «Нефть, является жизненным нервом борьбы государств за преобладание как во время мира, так и во время войны. И именно в этой области борьба между нефтяными компаниями Англии и нефтяными компаниями Америки идет смертельная…» [8, с.278]. И эта схватка нефтяных гигантов Англии и США продолжалась вплоть до Второй мировой войны, пока общая угроза со стороны гитлеровской Германии не объединила их. Причиной объединения сначала стала в 1941 году японская бомбардировка Перл-Харбора, а результатом объединения экономических интересов этих стран стала Бреттон-Вудская конференция в 1944 году, официально приравнявшая золото к доллару, не официально поставившая доллар над нефтяными ресурсами обеих государств. Теперь, оперевшись на «черное золото» как на новый паритет валютной системы доллара, располагавшей самой большой долей нефти США и Англии в своих колониях по всему миру англосаксы раскручивали маховик присвоения иностранной прибавочной стоимости, чувствуя себя в других странах как дома. Этим актом США объявили себя хозяином всех ресурсов в мире, вынуждая мировой рынок ориентироваться на цену стоимости бочки (барреля) нефти, а не на цену тройской унции золота.

Бреттон-Вудс – это ответ американского Капитала на советский вызов армии Труда, основанный на ленинской электрификации, при внедрении которой активно росла производительность труда в СССР, при помощи которой страна смогла быстро провести индустриализацию на основе экономической базы электрификации, а потом создать лучшую технику и победить в Великой Отечественной войне. Американские финансовые короли очень хотели иметь модель на «черном золоте» и использовать её в своей экономике, поэтому и появилась своя спекулятивная «электрификация всей страны» под названием «Бреттон-Вудская система». Но в советской системе ленинской электрификации прибыль работала на самые широкие массы, повышая их уровень жизни и расширенное воспроизводство, а в капиталистической модели США прибыль могла работать только на владельцев финансового капитала. А это было невозможно продолжать длительное время даже на «экономической базе американской электрификации», и Бреттон-Вудс на деле оказался ловушкой для западных монополий.

6

Разумеется, скромная система ленинской электрификации в Советском Союзе могла противостоять давлению американского доллара только при условии, что советская система будет лидировать в деле повышения производительности труда и оставит далеко за собой темпы развития капиталистической системы. Итоги Второй мировой войны и послевоенный период, вплоть до ХХ съезда КПСС в 1956 году, как раз и показывали такие темпы развития социализма, что и превратилось в гонку соревнования двух мировых систем. Гонку, в которой Советский Союз уверенно шел к победе.

Всё дело в том, что в советской модели Сталинской экономики новые методы выработки продукции экономили много топлива, т.е. энергоресурсов, а такая экономия напрямую отражалась на цене потребительских товаров, которые население приобретало в магазинах, поскольку стоимость величины сэкономленных энергоресурсов вычиталась из себестоимости продукции. Банковская система страны контролировала затраты сырьевых ресурсов и обобщала их в денежном выражении СССР. Получалось, что через понижение цен трудовые массы получали прибыль, которая повышала их покупательную способность. Т.е. прибыль в социалистическом государстве начинала работать на рабочий класс и его союзников, а политика понижения цен двигала эти цены к нулю, к исчезновению денежной системы, что и является целью построения коммунизма. То есть обе программы партии, определенные Лениным, работали на коммунизм. Пример отсутствия денег ещё в древней общине брал за образец и социализм, поскольку без денег отсутствовали классы и классовая борьба. К этой цели стремился и социализм в Сталинский период в СССР. Производительность труда становилась приводным ремнем экономического колеса ленинской электрификации, а конечный результат вёл в построение коммунизма.

Низовая работа начиналась в «каждой мастерской», в которой бригада рабочих, ориентируясь на общий план, намечала цифры экономии ресурсов и в первую очередь – энергоресурсов. Первоначальные государственные планы пересматривались, в них вносились коррективы возможной экономии ресурсов. После чего расчеты различных бригад суммировались в объеме конкретной волости или района и передавались на областной уровень. Каждая область суммировала данные как по государственному плану, так и по результатам повышения производительности труда на рабочих местах, сообщаемых в каждый район. Конечные результаты с каждой области передавались в Госплан, где происходила самая напряженная работа по суммированию полученных данных. Определялись размеры сэкономленных ресурсов, рассчитывались суммы сэкономленных средств в денежном выражении, данные сверялись с банковской системой социалистического государства, намечались цифры получения планируемой прибыли и направления будущего её использования для улучшения благосостояния рабочих, включая и критерий понижения цен.

Теперь мы не можем не видеть, что Сталинская экономика уверенно шла к ответу на вопрос политической экономии – как строить коммунизм. При этом электрификация всей страны не замыкалась только на энергетику и план ГОЭЛРО, а рассматривала ГОЭЛРО в качестве первоначального накопления социализма, от которого могла оттолкнуться и пойти в рост уже вся индустриализация страны и повышение жизненного уровня населения. Дальнейший рост экономики строился на энергетическом топливе для ГОЭЛРО, ставший основой плановой системы, ибо его учет и экономия для потенциала страны превращалась в новую замену золотому запасу банковского капитала, на базе чего (т.е. замены золотого запаса на учёт энергетического топлива) разворачивалась широкая индустриализация, подрывающая денежную систему капитализма, путем перевода товарооборота на энергозатраты, сначала за счет понижения цен на потребительские товары до ноля, а затем перспектива распространяя электрификации автоматически распространялась далеко от Земли и заглядывала в возможности электрификации космоса, где расположены огромные поля ещё плохо изученных энергетических запасов. Тем самым космос становился следующим этапом развития жителей Земли в части политической экономии.

7

Для наглядности повышения критерия производительности труда в Советском Союзе имеет смысл рассмотреть Стахановский метод, основанный на «черном золоте», в качестве экономического механизма (как средства повышения производительности труда). Поскольку его роль определяли не капиталистические маклеры на западном рынке, а сами рабочие, ориентируясь по себестоимости выпускаемой ими продукции, где главным критерием были прежде всего затраты энергоресурсов. А также учитывалась необходимость экономии других ресурсов, на каждом рабочем месте, в каждом районе, количество экономии которых или отсутствия такового. оглашалось на партийных и профсоюзных собраниях предприятий. Кроме того, эти цифры энергозатрат были всегда на слуху как у руководства предприятий, так и у самих рабочих, поскольку они в своих мастерских и рабочих местах, согласно выполнения второй программы партии в ленинской формулировке построения коммунизма, были нацелены на снижение энергозатрат и вообще ресурсов, видя за этим реальное повышение своего жизненного уровня. Для мирового развития социализма дебаты советских рабочих в своих мастерских и на собраниях организаций вытесняли дебаты западных маклеров рынка, которых Капитал облагородил до значения «брокеров», а теперь именует «трейдерами», передав их функции грабежа роботам. Зато на этом производительном труде в СССР и держалось победное шествие социализма.

До войны Судного дня на Ближнем Востоке в 1973 году (разразившейся между Израилем и арабскими странами) основные цены на нефть были главным определяющим критерием стабильности мирового капиталистического рынка, как у настоящего золота, и держались в пределах 2 долларов за баррель. Но, используя арабское эмбарго на поставки нефти, вызванное войной Судного дня, ФРС США смогла запустить печатный станок за счет повышения цен на нефть в четыре раза, используя нефтяной актив в своих целях эмиссии доллара. После чего уже Рейган, дорвавшись до власти, погнал работу печатного станка как гонку сумасшедшей лошади, доведя бесконтрольно бегущей эмиссией суммы внутреннего долга до значений, близких к ВВП США. Тем самым, продавая доллары в развивающийся мир и вывозя оттуда за бесценок потребительские товары, американский капитал подрывал и экономику СССР, перешедшую на денежный эквивалент прибыли с 1965 года, вызывая ажиотаж у советского обывателя и вводя его в состояние диссидентства. Вместе с тем, раздувая долларовую систему по всему миру, экономика США была не способна держаться на одной эмиссии доллара бесконечно долго. Паразитизм банкиров раздул финансовые пузыри из долларов, не подкрепленных активами, и загнал банки в глубокий системный кризис, тянущий в пропасть всю экономику.

И теперь. как заявляет экономист Михаил Хазин: «Есть два сценария для США: один — спасают мировую долларовую финансовую систему ценой американской экономики, ее разрушения; второй — спасают реальный сектор американской экономики ценой разрушения мировой долларовой системы».

Поэтому, возвращаясь к событиям 11 сентября 2001 года можно сказать, что они стали прологом к войне США за стабилизацию доллара, даже ценой разрушения планеты, отворачивающейся от доллара.

8

Конечно, партноменклатура ЦК КПСС разрушала социализм вполне осмысленно, подыгрывая во всём империализму, основывая это на собственном паразитизме и повышая себе как оплату партийного труда. так и всевозможные выплаты и премии, дополняя это привилегиями. Экономическая база ленинской электрификации в виде второй программы партии исчезла сразу же после ХХ съезда КПСС в 1956 году, что сделало неизбежным перевод прибыли с ресурсного варианта, располагавшего ресурсами в пределах всей таблицы Менделеева и реализуемого через понижение цен, на денежный вариант, лишенный какого-либо смысла повышения производительности труда у рабочего класса. Поскольку трудовые массы не могли активно бороться за денежные средства, кроме повышения зарплаты, а в Сталинской модели экономики и так вся прибыль в государстве переводилась на их интересы, поэтому борьба за деньги на производстве становилась противоестественной для трудовых масс.

Впервые профессиональный праздник «День энергетика» был установлен в Советском Союзе Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 мая 1966 года в память о дне 22 декабря 1920 г. принятия плана Государственной электрификации России (ГОЭЛРО) на VIII Всероссийском съезде Советов. То есть ленинская электрификация вместе со второй программой партии плавно перетекли в профессиональный праздник День энергетика, оставив энергоресурсы как экономическую базу электрификации, вне поля зрения класса производительных сил. И таких «дней» празднований по профессиональному принципу стало так много, что их объединили в один шутливый «день жестянщика». Такая волна празднований, вместо экономии ресурсов. сразу же ввела страну в застой. Сама ломка второй программы партии осуществлялась через политику антисталинизма

И как позднее скажет Нина Александровна Андреева: «Истоки появления антисталинизма проистекали из неспособности высшего руководства КПСС продолжить путь, начатый Великим Октябрем. Иными словами – из неспособности продолжить революцию перехода на новый экономический уклад жизни всего человечества, основанного на энергоресурсах как передовом способе товарообмена».

9

А Великий Октябрь как раз и произрастал не только из экономических кризисов капитализма, но и из пути реализации рабочим классом своих производительных сил, с целью движения к коммунизму за счет отмирания денежной системы. Об этом говорят многие работы В.И. Ленина. Первоначально в январе 1914 года была статья Ленина «4000 рублей в год и 6-и часовой рабочий день», где анализируется производительность труда в самой передовой стране того времени – США, и Ленин ставит производительность труда в основу развития рабочего класса, намечая при этом истоки планирования: «Применение машин в Америке, благодаря полной политической свободе и отсутствию крепостников-помещиков, развито сильнее, чем где бы то ни было в мире. В Америке в одной обрабатывающей промышленности сила машин определяется, в сумме взятая, в 18 миллионов паровых лошадиных сил. А в то же время исследование всех источников силы в виде падения воды показало, по отчету 14 марта 1912 года, что Америка может сразу, благодаря превращению силы падающей воды в электричество, получить ещё 60 миллионов лошадиных сил!

Страна необъятно богата уже теперь и она может сразу утроить свои богатства, утроить производительность своего общественного труда, обеспечивая этим всем рабочим семьям сносную, достойную разумного человеческого существа, высоту дохода и не чрезмерную длину рабочего дня, в 6 часов ежедневно». И далее лидер большевиков говорит:

«Работая при помощи превосходных машин, видя на каждом шагу чудеса техники и великолепные успехи труда от организации крупного производства, наемные рабы Америки начинают ясно сознавать свои задачи и ставить простые, очевидные, ближайшие требования: добиться 4000 рублей дохода каждой рабочей семье и 6-ти часового рабочего дня.» [1, с.52-53].

И если эта статья была опубликована 1 января 1914 года, в год начала Первой мировой войны, Ленин доход американских рабочих ведет в рублях, рассчитывая на российские массы, то уже в августе 1915 года Ленин говорит «О лозунге Соединенных Штатов Европы», аргументируя полную архаичность стремлений западноевропейской буржуазии к объединению:

«По сравнению с Соединенными Штатами Америки, Европа в целом означает экономический застой. На современной экономической основе, т.е. при капитализме, Соединенные Штаты Европы означали бы организацию реакции для задержки более быстрого развития Америки. Те времена, когда дело демократии и дело социализма было связано только с Европой, прошло безвозвратно.

«…Соединенные Штаты мира (а не Европы) являются той государственной формой объединения и свободы наций, которую мы связываем с социализмом, - пока полная победа коммунизма не приведет к окончательному исчезновению всякого, в том числе и демократического, государства» [2, с.310-311]. Мировая революция у Ленина пролегала через экономическое орудие электрификации всех штатов мира, складывающихся из отдельных победивших революций в наиболее слабых звеньях системы империализма, которые он вполне мог называть «штатами» постоянно нарастающей социалистической революции всего мира.

Далее вождь переходит к «выводу о победе социализма в отдельно взятой стране: Как самостоятельный лозунг, лозунг Соединенные Штаты мира был бы одинаково едва ли правилен, во-первых, потому, что он сливается с социализмом; во-вторых, потому, что он мог бы породить неправильное толкование о невозможности победы социализма в одной стране и об отношении такой страны к остальным».

После чего говорит: «Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой капиталистической стране» [2, с. 311].

10

Уже тогда Ленин смотрит на революцию через призму производительности труда как на возможность избавиться от денежной системы, позволив ей тем самым отмереть за счет экономической ставки на энергозатраты. Что и станет основой развития революции в первые же годы Советской власти. Позднее в статье «Военная программа пролетарской революции» он повторяет осенью 1916 года утверждение о неизбежности победы социализма в отдельно взятой стране и сделает вывод о невозможности победы социализма сразу во всех странах.

На VIII съезде Советов в декабре 1920 года, провозглашая построение коммунизма формулировкой «советская власть плюс электрификация всей страны», Ленин напомнит:

«Я хотел только напомнить, что мы уже далеко не первый раз возвращаемся к этому выдвижению трудового фронта на первое место. Вспомним резолюцию, которую вынес ВЦИК 29 апреля 1918 года. Это была пора, когда навязанный нам Брестский мир разрезал Россию экономически, и мы оказались поставленными в чрезвычайно тяжелые условия непомерно хищническим договором. …многие из вопросов, над которыми нам приходится трудиться сейчас, поставлены были совершенно определенно, твердо и достаточно решительно ещё в апреле 1918 года. Вспоминая это, мы говорим: повторение есть мать учения. Без громадного числа повторений, без некоторого возвращения назад, без проверки, без отдельных исправлений, без новых приемов, без напряжения сил для убеждения остальных и неподготовленных обойтись в строительстве нельзя» [4, с.464-465].

То есть первый государственный толчок к развитию ленинской электрификации произошел внесением резолюции ВЦИК от 29 апреля 1918 года, на основе которой начала работу комиссия Г.М. Кржижановского по созданию плана ГОЭЛРО, работу, которой тщательно контролировал сам Ленин, начинались исследования в области широкого планирования для будущей промышленности и транспорта. И не могла этому помешать Гражданская война, которая ещё только начиналась. В перспективе трудовой фронт Ленина выдвигался уже тогда на первое место, настолько ярко он видел рабочий класс не на полях Гражданской войны, а на полях хозяйственного строительства.

В «Наброске плана научно-технических работ» Лениным впервые была выдвинута программная идея электрификации страны. В марте 1918 года вождь пишет «Заметки об электрификации промышленности Петрограда и Москвы». В конце марта того же года в «Плане статьи "Очередные задачи Советской власти" Ленин записывает первую формулировку построения социализма: «Черпать обеими руками хорошее из-за границы: "Советская власть + прусский порядок железных дорог + американская техника и организация трестов + американское народное образование etc. Etc + + = ∑* = социализм"» [6, с. 550].

11

На Х съезде РКП(б) в марте 1921 года экономическое положение в России было настолько тяжело, что Ленину приходится обращаться за помощью к крестьянству, вернее, к крестьянской лошадке: «Нужно поднятие промышленности, а для этого нужно топливо, а раз нужно топливо, нужно рассчитывать на дрова, а рассчитывать на дрова – значит рассчитывать на крестьянина и его лошадь. В условиях кризиса, бескормицы и падежа скота крестьянин должен оказывать кредит Советской власти – во имя крупной промышленности, от которой он пока ничего не получает» [5, с.162].

Тогда же, на съезде партии в докладе «О замене разверстки натуральным налогом» Ленин прямо заявляет, что только соглашение с крестьянством может спасти социалистическую революцию в России: «Мы с этим должны считаться, и мы достаточно трезвые политики чтобы говорить прямо: давайте нашу политику по отношению к крестьянству пересматривать. Так, как было до сих пор, – такого положения дольше удержать нельзя» [5. с.193].

Рассматривая этот вопрос Ленин заявляет: «…мы скажем себе сразу: удовлетворить мелкого земледельца, по сути дела, можно двумя вещами. Во-первых, нужна известная свобода оборота, свобода для частного мелкого хозяина, а, во-вторых, нужно достать товары и продукты. Что за свобода оборота, ежели нечего оборачивать, и свобода торговли, ежели нечем торговать! Это останется бумажкой, а классы удовлетворяются не бумажками, а материальными вещами» [5, с.194-195].

Возвращаясь к топливному вопросу, как главному вопросу электрификации, на Х съезде РКП(б) вывод вождя станет прологом к новой экономичсеской политике (НЭПу): «Нет сомнения, что кризис топлива – один из основных, если не самый важный, вопрос всего нашего хозяйственного строительства.

…в чем тут главное дело, – в недостатках ли аппарата, в безобразиях, в преступлениях или в слабости крестьянского хозяйства, крестьянской лошадки, без которой подвоз дров невозможен?» [5, с.238].

В конечном счете вопрос о продналоге стал основным и : «война – концессии с капиталистическими устоями» вышла на первый план «Насаждая государственный капитализм в виде концессий, Советская власть усиливает крупное производство против мелкого, передовое против отсталого, машинное против ручного, увеличивает количество продуктов крупной индустрии в своих руках (долевое отчисление), усиливает государственно-упорядоченные экономические отношения в противовес мелкобуржуазно – анархическим. …концессионная политика, несомненно, поможет нам улучшить быстро (до известной, небольшой, степени) состояние производства, положение рабочих и крестьян, – конечно, ценой известных жертв, отдачи капиталисту десятков и десятков миллионов пудов ценнейших продуктов» [5, с.325].

И в заключении Ленин скажет: «Продналог есть переход от военного коммунизма к правильному социалистическому продуктообмену», - а в обращении в Госплан, к Кржижановскому он уточнит, - «Экономия топлива путем выдачи премий за его сбережение и путем усиления надзора за его расходом. Примерный расчет такой экономии, если есть к тому те или иные опорные пункты» [5, с. 350].

На Х Всероссийской конференции РКП(б) Ленин прямо ставит проект резолюции по НЭПу: «На первое место выдвигается товарообмен, как основной рычаг новой экономической политики. Правильные взаимоотношения между пролетариатом и крестьянством, создание вполне устойчивой формы экономического союза обоих этих классов на период перехода от капитализма к социализму невозможны без установления систематического товарообмена или продуктообмена между промышленностью и земледелием.

…Считая кооперацию основным аппаратом для проведения товарообмена – признать правильной политику заключения договоров органами Компрода с органами кооперации и передачу первыми последней товарообменных фондов для выполнения заданий государственной власти и под её контролем» [5, с. 409-410].

Таким образом, начиная с решения вопроса о переходе с продразверстки на продналог, выявила себя первостепенная необходимость подвоза дров, как основного топлива для России. Ленин в подвозе дров делает ставку на лошадку крестьянина, которую рассматривает как лошадиную силу, для которой тоже нужно топливо в виде пищи, чтобы лошадка могла функционировать. А топливо, т.е. пропитание для тысяч и миллионов живых лошадиных сил можно получить на основе товарообмена, который вполне вписывается в концессионную политику России в 1921 году. Поэтому НЭП - это не обращение за помощью к российской буржуазии, а использование этой буржуазии в деле осуществления ленинской электрификации. На этом этапе НЭПа лошадиные силы крестьянина-середняка ещё требовавшие заботы о своем существовании, чтобы город и село могли получить топливо уже для своего существования.

12

Понять экономическую стратегию Ленина без экономической базы электрификации невозможно. А экономическая база электрификации, будучи второй программой партии, определяла национальное самосознание, то есть национальную идею на этапе выхода из состояния государственного капитализма. По сути дела, вторая программа партии определяла критерии экономического толчка в развитии социализма, активно поддержанного самыми широкими массами, в результате чего, на основе освобожденного труда от гнета капитала получил мощный рывок рабочий энтузиазм в развитии производительности труда, определившего лицо социализма в самые трудные годы советской власти. Оставалось только закрепить результаты второй программы партии в политической экономии социализма и развивать наступление дальше.

Чем же экономическая база ленинской электрификации отличается от формулировки стоимости Маркса в капитализме? Ленинская электрификация основывается на ресурсной экономике и поступает на производство согласно плановых норм выделения ресурсов. А учитывая то обстоятельство, что при советской власти все ресурсы принадлежат трудовому народу, то и необходимость что-то выпрашивать у государства отсутствовала. Всё выделялось централизованно, согласно расчета плана работ. Финансовый учет ресурсов банковской системы, выполнявшей роль обратной связи в экономике социализма, учитывался согласно себестоимости поступающих ресурсов. А вот капиталистическая система берет за основу проект, требующий согласия банкиров на оплату как самого проекта, так и всех ресурсов, рабочей силы, электроэнергии, воды и т.п. В конечном счете прибыль в ресурсной экономике поступает на нужды работающих масс, которые заинтересованы в повышении производительности труда, а прибыль в капиталистической системе поступает на процент с капитала, вложенный капиталистами в активы производства с целью получения своей прибыли. Современные «левые» движения берут за основу стоимость по Марксу и закономерно приходят к капиталистическому рынку, распределяющему прибыль согласно оплаченных активов производства. И эти «левые» с большим трепетом ждут крох с барского стола и терпеть не могут ленинскую электрификацию с её себестоимостью, в чем им успешно поддакивают все правые силы.

В работе «Империализм, как высшая стадия капитализма» Ленин по большей части на примере Германии начала ХХ века показывает «концентрацию производства гораздо сильнее, чем концентрация рабочих, потому что труд в крупных заведениях гораздо производительнее. На что указывают данные о паровых машинах и об электрических двигателях, У этих крупных заведениях находится почти десятая доля общего числа рабочих и почти треть общей суммы паровой и электрической силы. Денежный капитал и банки, как увидим, делают этот перевес горстки крупнейших предпринимателей ещё более подавляющим» [3, с.184-185]

И далее Ленин показывает концентрацию производства на примере   крупнейшего энергетического монополиста, делающего свои финансовые балансы непроницаемыми, - это «Всеобщее общество электричества» (A.E.G.) и как материнское общество, которое «участвует в 175 – 200 обществах, господствуя, разумеется, над ними и охватывая, в целом капитал около полутора миллиарда марок» [3, с.217-218].

Поэтому, когда у Сталина в 1951 году возник вопрос создания учебника политической экономии социализма, он ещё не представлял того, как слабы научные кадры в создании такого научно-революционный труда. После публикации первых представлений о политической экономии социализма, результаты вызвали крайнее раздражение у И.В. Сталина и он ответил статьей «Экономические проблемы развития СССР».

Суть проблемы Сталин отобразил в начале «характеристики экономических законов при социализме», где предупредил, «что законы политической экономии отражают закономерности процессов, совершающихся независимо от воли людей» и что «товарищи глубоко ошибаются», пытаясь «сформулировать», «создать новые законы», ибо законы, «которые издаются правительствами, создаются по воле людей и имеют лишь юридическую силу» [9, c.117-118].

Основной удар критики вождем был сосредоточен на лидере экономистов, члене ЦК ВКП(б) Л.Д. Ярошенко. за желание «свести проблему Политической экономии социализма к задаче рациональной организации производительных сил», что на деле оборачивалось «Всеобщей организационной наукой» Богданова. «Тов-щу Ярошенко, - продолжает Сталин, - очевидно не нравится ленинская формулировка коммунизма и он заменяет её своей собственной самодельной формулой: «Коммунизм – это высшая научная организация производительных сил в общественном производстве». Из этого вывода следовало, что Ярошенко пытается научным терминами подменить ленинские две программы партии в достижении главной цели – коммунизма. «На самом деле, - заключает Сталин, - он делает то, что проповедовал Бухарин и против чего выступал Ленин» [9, c. 160-161, 166].

Подводя итоги своей работы Сталин заявлял экономистам, типа Ярошенко, что от них «разит хлестаковщиной», рассуждающих на уровне «Экономики переходного периода» Бухарина [9, c.174]. Собственно, после ХХ съезда КПСС в 1956 году общий характер партноменклатурщика уже ничем не отличался от коллективного Хлестакова из знаменитого произведения Н.В. Гоголя «Ревизор». Но страна не была готова смеяться, а находилась в состоянии всеобщего трудового подъема, идейно нацеливающего работать производительно. Чего трудовым массам не позволили сделать хлестаковы политической кухни Хрущева.

100-летний юбилей второй программы партии, ставшей национальной идеей на пути возрождения великой державы в первой половине ХХ века, проходит в период полного забвения великих идей. Российским властям, дорвавшимся до собственности, некогда думать о великих свершениях и создавать передовую в мире державу. Поэтому выбор «перспектив» для России очень мал: либо фашизация режима по украинскому варианту с реабилитацией предателя А. Власова, на место которого с ожесточением рвется В. Жириновский, либо ожесточенная борьба на мировом валютном рынке, где у России очень неопределенные позиции с рублем, интересами которого власть имущие всегда готовы пожертвовать.

В одном можно не сомневаться: что бы не случилось в тревожном 2021 году, обстоятельства невольно будут подталкивать к ресурсной экономике, без которой нет как развития, так и национального самосознания. А это открывает путь к жизни второй программы партии.

Восстановить Вторую программу партии, а стало быть и СССР, может только партия большевиков. Остальным «левым» Вторая программа партии идеологически просто не нужна. Они смотрят на ленинскую электрификацию глазами Хрущева, поскольку идеологически их интересует только власть.

            Литература

  1. Ленин В.И., Полное собрание сочинений. 4-ое изд. Т. 20. - М.: Госиздат, 1953
  2. Ленин В.И., Полное собрание сочинений, 4-ое изд., Т. 21, М.: Госиздат, 1953
  3. Ленин В.И., Полное собрание сочинений, 4-ое изд. , Т 22, М: Госиздат, 1953
  4. Ленин В.И., Полное собрание сочинений, 4-ое изд. , Т 31, М: Госиздат, 1953
  5. Ленин В.И., Полное собрание сочинений, 4-ое изд.   Т.32, М: Госиздат, 1953
  6. Ленин В.И., Полное собрание сочинений, 5-ое изд. Т. 36, М: Госиздат, 1962
  7. Маркс Карл, Энгельс Фридрих, Избранные произведения в 9 томах,// том 7, Капитал, Издательство политической литературы, М: 1987
  8. Сталин И.В., Сочинения, том 7,// Госиздательство политической литературы, М., 1947
  9. Сталин И.В., Экономические проблемы развития СССР», // М: «Молодая гвардия» №1, 1993
  10. Степанов И.И. «Электрификация РСФСР в связи с переходной фазой мирового хозяйства» - М.: Госиздат, 1922