Пролетарии всех стран, соединяйтесь !

Всесоюзная Коммунистическая партия Большевиков
Пятница, 21 Июль 2017 12:47

Малороссия и Новороссия — это «Россия разных скоростей»

  • Размер шрифта: - +

 Об экономических перспективах присоединения частей бывшей Украины к Российской Федерации.

 Безымянный2Прозвучавшее 18 июля заявление Захарченко о создании Малороссии вызвало бурю обсуждений. Создание Малороссии даже по эту сторону фронта встретили неоднозначно (враги, понятное дело, приняли идею в штыки, но от врагов иного ждать не приходится). Уже само по себе это хорошо: есть повод подумать, что же будет с Малороссией и Новороссией (а история принуждает эти регионы различать), с бывшей Украиной в целом.

Лучшим вариантом будет создание на месте бывшей Украины конгломерата государств из Новороссии, Малороссии (сюда мы включаем центральные регионы покойной Украины), Галицкой Руси (Львовская, Тернопольская, Ивано-Франковская, Черновицкая области) и Карпатской Руси (Закарпатье). Эти четыре региона — четыре больших разницы, и обсуждать их судьбу в одном материале не представляется возможным. Куда важнее для нас понять, что будет с Малороссией и Новороссией. Я уверен, что эти два региона войдут в состав России, но «на разных скоростях», — они и есть «Россия разных скоростей».

         1. Экономические причины различия. Новороссия как необходимая часть русской экономики. Малороссия как аграрный регион

         Даже административно, в царской России, Новороссия и Малороссия были совершенно отдельными образованиями. В интернете (как ни странно, спасибо за этой продолжающеся войне) имеется множество материалов о Новороссийской губернии (и дальнейшей ее судьбе) и землях Малороссии (Волынской. Киевской и т.д.), а также о Харьковской губернии (город Харьков, напомню, практически непрерывно входил в состав Русского государства с 1656 г., когда он был заложен по указу царя Алексея Михайловича).

        

Более-менее четко идея объединения Новороссии и Малороссии в одну большую административную единицу прозвучала в годы Первой мировой, а реализована была советской властью из причин скорее политического характера. Психологически же для жителей, например, Житомирской области еще в 1970-е годы Новороссия была чем-то отдельным, особенным, как, впрочем, и западная Украина. Кроме всего прочего, объясняется это разницей в развитии регионов. Новороссия — это промышленный и торговый край. Кривой Рог, Донецк (Юзовка), Луганский литейный завод (нынешний Луганск), Николаев — промышленные центры, создававшиеся в империи и для империи. Аналогично, Одесса — это имперский порт, в том смысле, что он может существовать только в рамках империи с огромной экономикой, которой требуется мощный порт для сообщения со Средиземным морем и Атлантикой.

         Отчет о работе Одесского порта за 1913 год занимает примерно 300 страниц (в 2013 году — примерно 1 страницу). В период Столыпинских реформ по грузообороту Одесского порта был вторым в империи. Аналогично соседний Николаев. Николаевские верфи строились с расчетом на мощную державу. Желавшую обеспечить если не владычество, то крепкую силу на море.

           В царское же время Новороссия покрылась еще более прочной сетью связей — кооперацией. Дело в том, что в этом регионе были своеобразно распределены ресурсы. Руда — в Кривом роге, но уголь для металлургии — в Донецком каменноугольном бассейне (Донбассе), вывоз же продукции — в Одессе, мощности для постройки флота (и покупатели металла), обеспечивающего вывоз, — в Николаеве. Другие области, например, нынешняя Херсонская, — дорога между источниками ресурсов, портами и т.д.

        Новороссия складывалась объективно: наличие ресурсов и их разбросанность требовали вложений, позволяли создавать промышленность, а близость к Черному морю, а соответственно, Средиземному и Атлантике позволяли ввозить необходимые товары или экспортировать продукцию. В свою очередь, весь Юг России был завязан на Одессу (о чем может легко рассказать упомянутый за 1913 год отчет).

         Харьков, русский, еще даже не имперский, а царский, мы объединяем с Новороссией. Харьков, среди прочего, это интеллектуальный потенциал для промышленного региона, который объективно не востребован в аграрной «сверхдержаве», ибо слишком дорог и затратен. Только богатая и промышленная страна может позволить себе, например, содержать исторический факультет, где изучается история Византии, или целую юридическую академию, — высокопрофессиональные юристы нужны в промышленных регионах, а не в аграрных.

         Иное дело — Малороссия. Слова об аграрной сверхдержаве смешны только наполовину (ту, которая про сверхдержаву). Малороссийские губернии — это аграрные регионы. Например, Волынская губерния (а сейчас, например, Житомирская область) — это лен и хмель, винокурение и сахароварение. Полтавская губерния в 1896 г. была славна такими высокотехнологичными производствами, как мукомольное, табачное и сахарное. Киевская губерния — это рожь, пшеница, винокурение, сахарозаводчество. Легко заметить, что это чисто аграрный сектор экономики.

         В советское время были попытки превратить эти регионы в промышленные, но еще в 1920-е годы поняли их слабые перспективы: иначе не пришлось бы соединять промышленную Новороссию и аграрную Малороссию. Неэффективность местной промышленности показала и постсоветская эпоха: основными градообразующими предприятиями Киева являются администрация президента и Национальный банк, куда стекаются ресурсы со всей страны (раньше больше, сейчас меньше). Пройдет немного времени, и, видимо, для Житомира градообразующими предприятиями для Житомира будут янтарные копанки, а для Львова — предприятие по вывозу мусора.

         Наконец, промышленный потенциал регионов Новороссию показывают две величины — ВВП и бюджетные ресурсы (по состоянию на конце 2013 года).

Донецкая = 12 % ВВП Украины

Днепропетровская = 10 -11 % ВВП Украины

Харьковская = 6 % ВВП Украины

Одесская = 4-5 % ВВП Украины

Луганская область = 4 % ВВП Украины

Запорожская = 4 % ВВП Украины

Николаевская = 2 % ВВП Украины

Херсонская = 1 — 2 % ВВП Украины.

         Для изучения бюджетных ресурсов обратимся к проекту украинского бюджета на 2014 год (составлялся он, в целом, в 2013 году), а именно к Приложению № 6. Более всего нас интересуют страницы 10 — 11, где показаны суммы средств, изымаемых в пользу Киева («державного бюджета»), либо дотаций, направляемых Киевом в тот или иной регион.

         Объем доходов Донецкой области — 4, 678 млрд. гривен, Днепропетровской — 3,78 млрд. гривен, дотации на выравнивание бюджета (фактически и юридически, изымаемые из доходов, образуемых благодаря этим регионам и другим регионам Новороссии) — 1,2 млрд. гривен и 494 млн. гривен. Итого, совокупный доход только этих двух областей — 8,459 млрд. гривен, дотации — 1, 694 млрд. гривен (по сути, перераспределение образованных в этих или других новороссийских областях средств, в том числе налогов с юридических лиц). А теперь приведем в пример две типичных для Малороссии области (Киев не берем, потому что он как столица перераспределяет ресурсы, практически не создавая их), Полтавскую и Черниговскую. В Полтавской доходы 745 млн. гривен, дотации — 539 млн. гривен, в Черниговской доходы 185 млн. гривен, дотации — 541 млн. гривен. Итого: доходы двух взятых в качестве примера малороссийских областей — 930 млн. гривен, дотации — 1, 08 млрд. гривен.

         Также приведем, для чистоты сравнения, две области Западной Украины, тоже типичных, Львовскую и, например, Тернопольскую. Львовская область — 878 млн. гривен доходов и 1, 358 млн. гривен дотаций, Тернопольская — 243,9 млн. гривен доходов и 670 млн. гривен дотаций. Итого — 1,12 млрд. гривен доходов и 2, 236 млрд. гривен дотаций. «Тупой подсчет» показывает, что именно новороссийские области кормят центральные и западные, но не наоборот.

         Отсюда же и упорное желание Киева (как центра перераспределения ресурсов), а также малоросскийских и западных областей закрепить власть над Новороссией: иначе все они просто загнутся без денег. Если с выходом только трети Донецкой и Луганской областей, а также Крыма, наблюдаются серьезные финансовые и экономические проблемы, то несложно представить, что будет после выхода всей Новороссии.

         Но отсюда же, из этой разницы экономических потенциалов, объективно следует разница в скоростях присоединения к России.

         2. Присоединение Малороссии и Новороссии как экономическая и стратегическая необходимость

       Присоединение это необходимо — не только для России, но и для Новороссии, и для Малороссии. Исходя из особенностей развития экономики, этот Новороссия может существовать только как часть большой (имперской) экономики, а таковых поблизости всего две — Европейский союз и Россия (Евразийский союз пока что куда более аморфен, чем Европейский союз, а потому будем учитывать только Россию).

       Казалось бы, можно было бы стремиться именно в ЕС — но особенности его политики таковы, что новые регионы лишаются промышленности (Греция, например, лишилась судостроения и находится на стадии подавления сельского хозяйства) и становятся придатками германской и французской экономик. Политика России иная, о чем говорит ее история. России как раз нужен порт Одессы (Россия же его, по сути. и создала), чтобы иметь возможность восстановить этот транспортный узел (уж если Усть-Лугу превращают в такой узел, то что говорить об Одесском порте). Промышленность Кривого Рога и Донбасса и так создавалась как часть российской экономики, а верфи Николаева могут быть эффективно использованы для различных нужд (примером — судостроение Крыма в последние годы).

         Малороссия же, в силу отсутствия сравнимого с Новороссией промышленного потенциала, будет скорее дотационным регионом: она и в составе Украины дотационный регион, а уж при разнице экономик России и Украины… Если у российских политических элит есть (или будет) желание присоединить Малороссию, то для этого потребуется куда больше ресурсов и совершенно иная правовая база: регулирование сельского хозяйства и судостроения — две большие разниц, как говорят в имперском порту Одессе.

         Эта разница также связана с правовым регулированием социального обеспечения, настройкой преференций для сельского хозяйства и промышленности. Если бы имелись только юридические сложности — это одно, но здесь юридические сложности вызваны именно экономическими особенностями. На эти экономические особенности накладывается культурная специфика.

       Еще до революции города Малороссии говорили почти исключительно на русском и еврейском. События Гражданской войны, а после — Великой Отечественной (гибель значительного числа городских жителей) привела к частичному заселению городов сельским населением, картина мира которого можно быть определена как «теля возле хаты, а хата моя с краю, ничего не знаю». В Новороссии, по множеству причин, эти процессы проявились не столь ярко.

       Словом, одновременное присоединение Новороссии и Малороссии, а также одновременные и одинаковые реформы (в первую очередь, правовые), которые потребовались бы для присоединения к России, приведут к задействованию слишком больших ресурсов. Хорошим примером может служить Крым: сравнительно небольшой регион, в целом, по развитию близкий Кубани (но со значительным промышленным потенциалом, завязанным на кораблестроение и т.д.), до сих пор испытывает отладку правовой системы. Потребовался переходный период, сопровождавшийся «правовым бардаком». Это поможет представить, что будет, когда только лишь двадцатимиллионную Новороссию начнет присоединяться. Что говорить о Малороссии! Две большие разницы. А с учетом Западной Украины (Галицкой Руси) и Закарпатья (Карпатской Руси) — все четыре больших разницы.

       Для больших разниц требуются различные подходы в правовом регулировании, разная «скорость» встраивания этих регионов в Россию. Вытекающий из этого вопрос — а нужно ли этой самой России? Вокруг ответа на этот вопрос сломано много копий.

       Но. Для разных регионов (Новороссии, Малороссии и т.д.) — разные причины. Новороссия — это промышленный и транспортный потенциал. Одесса — идеальный порт (если мы понимаем под Одессой транспортный узел, включающие окрестные портовые терминалы) для Нового шелкового пути. Одно дело — привезти товар и выгрузить его в порт, который заберет себе соответствующую сумму. И совсем другое — получить доход от транзита за весь путь, от транспортного терминала где-то на границе с Китаем и до порта доставки. Торговый флот для этого могут обеспечить Николаевские верфи. И Николаев, и другие регионы Новоросии — это промышленный потенциал.

   Достаточно вспомнить, что Гитлер упорно боролся за контроль над чехословацкими заводами, которые, по наиболее оптимистичным для него оценкам, произвели до трети танков Вермахта. Условно, если бы чехословацкий промышленный потенциал работал на Советский Союз, расклад в начале Великой Отечественной войны был бы совсем другим. Новороссия (что видно хотя бы из приведенных выше раскладок по промышленному производству и бюджетным средствами) вполне способна прокормить не только себя, но и обеспечить средства для дотирования ряда субъектов РФ.      

   А о единстве культуры и народа можно даже и не упоминать. В этой связи существенных культурных и экономических причин не присоединять Новороссию нет, есть только основания ее включить в состав России. С Малороссией — несколько иная ситуация. Ее экономический и промышленный потенциал тянет как раз на аграрный придаток, а населения в ней столько же примерно. Сколько и в Новороссии. Потому и местным и приходится искать работу за пределами родных областей: эти области прокормить их не могут, скорее наоборот, это трудовые мигранты кормят данные области, разделяя это бремя с регионами Новороссии.

   Но здесь существенную роль играют стратегические причины (необходимо как можно дальше от центральной России отвести потенциальный фронт, отделить центр России от натовских сил), культурные (можно долго рассуждать, а можно вспомнить, что даже у меня — могилы предков протянулись от Луцка до Винницы), экономические (пятнадцать — двадцать миллионов потребителей для рынка российских товаров — это очень неплохое приобретение). Похоже дело обстоит с Галицкой и Карпатской Русью, но в данной статье мы этот вопрос подробно затрагивать не будем.

Следовательно, мы видим, что необходимость в присоединении Новороссии и Малороссии имеется. Причем присоединять их нужно самым прямым образом — включив в состав России.            Некоторые другие государства (США, Великобритания, меньше — Германия) очень успешно присоединяют страны косвенным образом, используя «мягкую силу», дипломатические, экономические рычаги, агентов влияния, — просто включают их в сферу своего влияния. Россия куда эффективнее присоединяет другие регионы напрямую и совершенно не умеет присоединять косвенно: мне не известно ни одного случая успешного использования Россией «мягкой силы» и прочих рычагов влияния. Следовательно, необходимо присоединение именно прямое, территориальное.

         3. Юридическое оформление «России разных скоростей». Конфедерация Малороссия, Новороссии и России. Этапы присоединения

         Такое присоединение потребует правового оформления и весьма значительных по масштабу изменений в законодательстве, а также ресурсных затрат (например, на социальное обеспечение и культурные преобразования). Для Малороссии и для Новороссии такие вливания и такие реформы будут различаться. Условно, для Малороссии потребуется вдвое-втрое больше времени и ресурсов, чем для Новороссии. Наиболее простым способом является присоединение Малороссии и Новороссии в разное время: Малороссию присоединять позже, Новороссию — раньше. При этом можно даже по-разному устанавливать их государственное устройство на переходный период. Малороссия, в силу аграрного характера экономики, проще воспринимает унитарное устройство, пусть даже с широкой автономией для регионов (в том числе и отсюда — упорное нежелание до 2014 г. вводить федеративное устройство). Новороссия же, за счет сложной и многоплановой экономики, сильных региональных элит и других особенностей, потребует федеративного устройства (за что, собственно, и выступали представители Новороссии до 2014 г.).

           Как мы указывали выше, сразу присоединиться к России не получится чисто юридически. Часто ссылаются на опыт Крыма и Севастополя. Однако в Крыму и Севастополе не было столь же многочисленных и мощных производств, как это имеет место быть на территории Новороссии и Малороссии, да и население Крыма и Севастополя примерно в десять — двенадцать раз меньше населения Новороссии, не говоря о Малороссии. Правовой вакуум отрицательно скажется на работе для людей. Следовательно, нужен переходный период для постепенного изменения законодательства, подкручивания правовых инструментов. В рамках субъекта РФ можно кое-что сделать, но только в очень небольшом объеме. Отношения же на территории Новороссии и Малороссии слишком сложны, чтобы их можно было решить на уровне законодательства субъектов РФ.

         Можно представить, какое это количество промышленных и сельскохозяйственных предприятий. Опыт Крыма с двухмиллионным населением и сравнительно небольшим числом предприятий показывает, что даже за три года сохраняются значительные проблемы, в том числе — правовые. Имеются вопросы с признанием документов, выданных до 2014 г., оформлением и переоформлением прав на недвижимое имущество, и т.д. Кроме того, имеются вопросы в части легализации крымской продукции для зарубежных государств. Моментально присоединить Новороссию и Малороссию не получится — в ином случае появится правовой вакуум и неразбериха, которые усложнят существование новых субъектов Российской Федерации (мы не будем напоминать здесь о трудностях войны, ведь говорим только о правовых аспектах). Следовательно, нужен определенный период времени для синхронизации законодательства Новороссии, Малороссии и России. Причем скорость этой синхронизации будет разной, по указанными выше причинам.

         Юридически синхронизировать законодательство, добиться единой России можно путем вхождения Новороссии и Малороссии в Евразийский союз или установления Союзного государства, как это реализовано между Беларусью и Россией, но на более тесных основах. Это государство можно было бы назвать Конфедерацией России, Малороссии и Новороссии. Значение конфедерации — чисто инструментальное. Конфедерация нужна для снятия таможенных барьеров и обеспечения свободы движения товаров, капиталов и услуг. Непосредственно вступить в Евразийский экономический союз без признания Новороссии и Малороссии де-юре (то есть официально) со стороны ООН, а также государств-участников Евразийского союза, у Новороссии и Малороссии не получится.

         Евразийский экономический союз — это международная организация, зарегистрированная в органах ООН, признанная международным сообществом. Ее цель — облегчение движения товаров, работ, услуг путем создания единого экономического пространства и продвижение товаров, работ, услуг за пределы этого единого экономического пространства. В случае вступления в союз непризнанного государства будет, с высокой долей вероятности, блокирован экспорт не только Малороссии и Новороссии, но и других стран Евразийского экономического союза. Следовательно, в Евразийский экономический союз у Малороссии и Новороссии вступить, как минимум, в обозримом будущем, не получится.

         Остается конфедерация. Это позволит решить вопросы продвижения товаров, работ, услуг из Новороссии и Малороссии в страны Евразийского союза без сопутствующих проблем (признания или непризнания и т.д.). Проще всего такие товары будет экспортировать под видом российских, если возникнут какие-либо сложности. Но для уменьшения логистических затрат потребуется снятие таможенной границы между Россией, Малороссией и Новороссией, а этого можно добиться через конфедеративные отношения.

         В перспективе такой союз (конфедерация России, Малороссии и Новороссии) — это возможность вступления в Россию — а значит, возможность принять участие в управлении огромнейшим государством мира с богатейшими ресурсами, а значит, стать по-настоящему сильными. Причем участие на равных. Местные элиты могут поравняться с российскими элитами (примером тому — Р. Кадыров), местное население — с гражданами России (равное пенсионное обеспечение), местную промышленность вывести на мировой уровень (трубы для Силы Сибири, Николаевские верфи — заказы для Черноморского флота, херсонские продукты — для всего Евразийского союза, харьковские мозги — как один из столбов русского образования, как было во времена Императорского Харьковского университета, соперничавшего с Казанским, Новороссийским (Одесса), Санкт-Петербургским, Московским и Юрьевским). Наконец, это дешевая коммуналка при более высоких, чем на территории покойной Украины, зарплатах.

         Для вступления в конфедерацию потребуется пройти через ряд этапов.

         Первый этап — это синхронизация (приведение в соответствие) законодательства Новороссии, Малороссии и России. Для этого не требуется принятия всех тех законов, которые действуют на территории России (их на данный момент около пяти — пяти с половиной тысяч, если говорить только о федеральных законах и не включать сюда подзаконные акты). Достаточно будет установить общие правила, которые связаны с движением товаров, работ, услуг.

         Второй этап — формирование конфедерации. На этом этапе принимаются документы, необходимые для синхронизации работы государственных органов Малороссии, Новороссии и России, передачи полномочий в конфедеративные органы власти или федеральные органы власти Российской Федерации, формировании общего гражданства и т.д. На этом же этапе должно окончательно оформиться правовое регулирование общего экономического пространства.

         Третий этап — включение Новороссии и Малороссии в состав России.

       На каждом этапе связи Малороссии, Новороссии и России будут укрепляться, сформируется общее экономическое пространство без опасностей резкой смены законодательства и неизбежного правового вакуума. За это же время будут подготовлены кадры для государственных органов, которые смогут работать в условиях единой правовой системы. Опыт Крыма показал, что резкое изменение законодательства повлекло необходимость снимать чиновников из центральной России и направлять на работу в крымские органы власти. Для двадцатимиллионной Новороссии сделать это будет проблематично, еще более проблематично — для Малороссии. Иное дело — уже иметь подготовленные кадры, привычные к работе в условиях российского законодательства.

         Таким образом, создание правовых основ для объединения Малороссии и Новороссии потребуется проведение референдумов в регионах по примеру ДНР и ЛНР и прохождение через три этапа: 1) синхронизация законодательства Малороссии, Новороссии и России; 2) создание единого экономического пространства и конфедерации Малороссии, Новороссии и России; 3) включения Малороссии, Новороссии в состав России. При этом данные этапы для Малороссии и Новороссии займут разное время, для Новороссии они будут проходить быстрее, для Малороссии — дольше.

Резюме

         Экономически и культурно судьба Малороссии и Новороссии, (или как минимум, лучший вариант для этих государств) — присоединение к России. Но это присоединение объективно должно растянуться по времени и включать в себя три этапа: 1) синхронизация законодательства Малороссии, Новороссии и России; 2) создание единого экономического пространства и конфедерации Малороссии, Новороссии и России; 3) включения Малороссии, Новороссии в состав России. При этом для Малороссии, скорее всего, понадобится унитарное государственное устройство на переходный период, для Новороссии — федеративное. Малороссия и Новороссия будут проходить эти этапы, в силу экономических, исторических и культурных причин с разной скоростью. Но, несмотря на это, и Малороссия, и Новороссия, — это часть России, это «Россия разных скоростей».

Николай Андреев, кандидат юридических наук

20 июля 2017г.

Последнее изменение Пятница, 21 Июль 2017 13:20